Если в протоколе написано «гепатомегалия, диффузные изменения печени» — это не диагноз, а два отдельных измерения, записанных в одну строку. Первое слово означает, что врач счёл печень крупнее нормы. Второе — что ткань отражает ультразвук иначе, чем обычно: ровнее и ярче по всему объёму. Причину ни то, ни другое не называет: УЗИ показывает, как орган выглядит, но не говорит, почему он так выглядит.
Так пишут не всем подряд, но очень многим — и в подавляющем большинстве случаев за этой формулировкой стоит накопление жира в клетках печени, а не опухоль, не цирроз и не инфекция. Это состояние на ранних стадиях обратимо. Но строка в протоколе — повод сдать три-четыре анализа, а не повод ждать следующего УЗИ через год.
Дальше по порядку: что именно измеряли, почему цифра «увеличена» гораздо условнее, чем кажется, какие причины стоят за сочетанием этих двух слов и что из протокола нужно прочитать помимо заключения.
Коротко: что стоит за этой строкой
- Гепатомегалия — это про размер. Врач померил печень линейкой на экране и сравнил с принятым у себя порогом.
- Диффузные изменения — это про структуру. «Диффузные» значит «по всему объёму», и это слово как раз исключает очаговую находку: узел, кисту, опухоль.
- Ни одно из двух слов не называет болезнь. Код для гепатомегалии в МКБ-10 есть — R16.0, — но он лежит в классе «Симптомы, признаки и отклонения от нормы», а не среди болезней печени; формулировки «диффузные изменения» в классификации нет вовсе.
- Самая частая причина сочетания у взрослого человека — жировая болезнь печени. По данным амбулаторного исследования DIREG 2 (2015), её находили у 37,3% пациентов поликлиник в России.
- Увеличенный размер сам по себе не означает тяжёлую стадию. При циррозе печень чаще становится меньше, а не больше.
Два слова — две разные вещи, которые врач измерял отдельно
Путаница начинается с того, что читатель воспринимает фразу как один диагноз из двух частей. На деле это две независимые характеристики, и они не обязаны идти вместе.
| Что написано | Что это физически | Чем меряется |
|---|---|---|
| Гепатомегалия (печень увеличена) | Линейный размер доли печени превысил порог, принятый в этом кабинете | Сантиметры на экране: косой вертикальный размер правой доли, передне-задний размер, длина по среднеключичной линии |
| Диффузные изменения / повышенная эхогенность | Ткань сильнее отражает и сильнее поглощает ультразвук, чем здоровая паренхима | Глазами врача, в сравнении с яркостью коркового слоя почки; градация «умеренные», «выраженные» — субъективная |
Клинические рекомендации Минздрава по неалкогольной жировой болезни печени (ID 748, редакция 2024) перечисляют ультразвуковые признаки стеатоза дословно так: диффузная гиперэхогенность паренхимы и неоднородность её структуры, нечёткость или подчёркнутость сосудистого рисунка, дистальное затухание эхосигнала. Размер печени в этот список не входит — увеличение органа описано там отдельно, как возможная находка при пальпации («умеренное увеличение печени, край закруглён, консистенция тестоватая»), а не как критерий диагноза.
Сколько сантиметров считается увеличением — и почему это самое шаткое место протокола
Единой, строго доказанной границы «нормальной» печени не существует, и человеку с таким заключением на руках это стоит знать в первую очередь.
Самое крупное популяционное измерение провела группа Вольфганга Кратцера в Германии: 2080 человек от 18 до 88 лет, всем сделали УЗИ и померили печень по среднеключичной линии (Journal of Ultrasound Medicine, 2003). Средний размер — 14,0 ± 1,7 см, медиана 13,9 см, а разброс в обычной, неотобранной популяции — от 9,4 до 21,3 см. Порог 16 см, который часто берут за верхнюю границу нормы, превысили 239 человек, то есть 11,5% выборки. Каждый девятый из обычных людей, пришедших на обследование, по этому критерию оказался бы «с гепатомегалией».
Та же работа показала, от чего зависит размер: индекс массы тела, рост, пол, возраст и — у мужчин — частое употребление алкоголя. У мужчин печень в среднем была 14,5 см, у женщин — 13,5 см. То есть высокий крупный мужчина с печенью 16,5 см и невысокая женщина с печенью 16,5 см — это две совершенно разные ситуации, хотя в протоколе у обоих напишут одно слово.
Второе слабое место — сама методика. Американская группа из Оклахомы сравнила длину печени на УЗИ с реальным объёмом органа, посчитанным по компьютерной томографии, у 302 пациентов (Ultrasound Quarterly, 2019). Связь оказалась лишь умеренной: коэффициент корреляции 0,71. Оптимальный порог длины для диагноза истинной гепатомегалии составил 17 см, но даже он давал чувствительность 76,0% и специфичность 73,4%. Вывод авторов: принятые в практике границы 16–18 см дают заметное число и ложноположительных, и ложноотрицательных результатов.
Слово «гепатомегалия» в заключении — это не факт о вашем здоровье, а результат сравнения одной цифры с порогом, который в разных кабинетах разный, а связь которого с реальным объёмом печени неидеальна. Самостоятельный вес у этого слова небольшой. Вес появляется, когда рядом стоят другие находки и анализы.
Насколько можно верить второму слову — «диффузные изменения»
У описания структуры своя точность, и она выше, чем у размера, но тоже не абсолютная. Метаанализ Джонса Хопкинса объединил 49 исследований и 4720 человек, у которых УЗИ сравнивали с биопсией печени (Hepatology, 2011). Для умеренного и выраженного жирового перерождения чувствительность метода — 84,8%, специфичность — 93,6%. То есть если врач увидел яркую печень, жир там почти наверняка есть.
У того же метаанализа есть и вторая половина. Согласованность между разными врачами (каппа) колебалась от 0,44 до 1,00, а у одного и того же врача при повторном просмотре — от 0,54 до 0,92. Два специалиста, глядя на одну печень, могут описать её по-разному — и это нормальное свойство метода, а не чья-то небрежность.
Ещё одна граница метода: жир обычное УЗИ видит хорошо, а рубцовую ткань — плохо. В классической британской работе, где 85 пациентов сравнили с гистологией, чувствительность УЗИ для стеатоза составила 94%, а для фиброза — всего 57% (British Medical Journal, 1986). С тех пор аппараты стали лучше, но принцип остался: по яркости паренхимы стадию фиброза не определяют, для этого есть эластография.
Там, где нужна точность выше, рекомендации 748 предлагают вторым шагом оценку параметра контролируемого затухания (CAP): он измеряет затухание ультразвука числом, а не описывает яркость словами. Одна оговорка: единых порогов для деления на степени у CAP нет — разные руководства проводят границы по-разному, и одно и то же значение в двух документах попадает в разные степени. Поэтому цифра CAP без указания, по какой шкале её трактуют, сама по себе мало что значит.
Последнее ограничение называют сами клинические рекомендации 748: обычное УЗИ улавливает жир только тогда, когда им занято больше 12,5–20% ткани, его точность снижается у людей с ожирением и в определённой мере зависит от опыта оператора. Отсюда два следствия. Первое: заключение «печень без особенностей» не гарантирует, что жира нет совсем, — начальный стеатоз метод просто не видит. Второе: смена формулировки с «умеренных» на «выраженные» между двумя исследованиями не обязательно означает, что за год что-то ухудшилось. Возможно, сменился врач или аппарат.
Что чаще всего стоит за этим сочетанием
Сначала о частоте. В исследовании DIREG 2 среди пациентов поликлиник жировую болезнь печени находили у 37,3% — против 27% в такой же работе 2007 года. В популяционной выборке ЭССЕ-РФ-2 (5161 человек 25–64 лет из четырёх регионов) высокий индекс FLI был у 38,5% мужчин и 26,6% женщин — но здесь важна оговорка самих авторов: печень в этой работе никому не смотрели, FLI считается по окружности талии, индексу массы тела, ГГТ и триглицеридам. Методики разные, порядок один: у каждого третьего взрослого.
У взрослого человека без жалоб, пришедшего на УЗИ по диспансеризации или из-за тяжести в правом боку, порядок вероятностей примерно такой.
| Причина | Как выглядит на УЗИ | Что подсказывает в пользу неё |
|---|---|---|
| Жировая болезнь печени (стеатоз, он же гепатоз) | Яркая однородная паренхима, затухание сигнала в глубине, умеренно увеличенный размер | Окружность талии, повышенный сахар или холестерин, давление, индекс массы тела выше 25 |
| Алкогольное поражение | Картина та же, различить по одному УЗИ невозможно | Количество и регулярность спиртного; у мужчин повышенный ГГТ и соотношение АСТ/АЛТ выше 1 |
| Хронический вирусный гепатит B или C | Неоднородность, иногда увеличение, при давнем процессе — уплотнение контура | Переливания крови, операции, татуировки, стоматология в прошлом; решают анализы HBsAg и анти-HCV |
| Застой из-за сердца (кардиальная гепатопатия) | Увеличение печени плюс расширенные нижняя полая и печёночные вены | Одышка, отёки голеней, известная сердечная недостаточность |
| Лекарственное поражение | Чаще без яркой картины, иногда повышенная эхогенность | Недавние курсы препаратов, БАДы, травяные сборы, противогрибковые, антибиотики |
| Редкие причины: гемохроматоз, аутоиммунные болезни, болезни крови | Разная, чаще неспецифичная | Стойко высокие ферритин, печёночные пробы или изменения в общем анализе крови |
Алкоголь заслуживает отдельного абзаца: эту причину чаще всего отводят от себя. Европейское руководство по алкогольной болезни печени (EASL, 2018) формулирует прямо: жировые изменения печени есть примерно у 90% людей, много пьющих. Отдельной фразой там сказано, что чистый стеатоз при потреблении свыше 100 г спирта в сутки встречается почти постоянно и может полностью уйти за несколько недель воздержания. Но то же руководство ссылается на датский национальный регистр, где риск цирроза в течение пяти лет при чистом алкогольном стеатозе — без воспаления — составил 6,9% (95% ДИ 3,4–12,2). Авторы прямо называют эту частоту неожиданно высокой для состояния, которое принято считать доброкачественным.
Про сердце — реже вспоминают, но ситуация нередкая. При правожелудочковой сердечной недостаточности кровь плохо оттекает от печени, орган переполняется и увеличивается; на УЗИ видны расширенные печёночные вены и нижняя полая вена. В обзоре испанской группы (International Journal of Molecular Sciences, 2020) подчёркивается, что при хроническом застое фиброз развивается без воспалительного компонента, а обычные неинвазивные тесты фиброза в этой ситуации работают плохо. Если «гепатомегалия» сочетается с одышкой и отёками ног — обсуждать находку стоит не только с гастроэнтерологом.
Частое недоразумение: «увеличена — значит, зашло далеко»
Интуиция подсказывает, что чем больше орган, тем хуже дело. С печенью это работает скорее наоборот. Накопление жира и застой крови орган увеличивают — то есть крупная печень характерна как раз для ранних, обратимых стадий. А по мере развития рубцовой ткани печень сморщивается: для цирроза типичны уменьшенный размер, бугристый контур и увеличенная селезёнка.
Поэтому слово «гепатомегалия» в заключении — не маркер запущенности. Гораздо больше говорят другие строки протокола, которые читатель обычно пролистывает.
| Строка протокола | Почему на неё смотрят |
|---|---|
| Контур печени: ровный или бугристый | Неровная, волнистая поверхность — самый информативный ультразвуковой признак далеко зашедшего фиброза |
| Размеры селезёнки | Увеличенная селезёнка вместе с изменениями печени заставляет искать портальную гипертензию |
| Диаметр воротной вены | Порогом считают 13–15 мм, но признак специфичный и малочувствительный: по обзору в Insights into Imaging (2014) чувствительность всего 0,13–0,4, поэтому трактовать его в одиночку нельзя |
| Свободная жидкость в брюшной полости | Требует разбора в ближайшие дни, а не планового визита |
| Очаговые образования | Это уже не «диффузные изменения» — слово «диффузные» как раз означает, что очагов не нашли |
Что делать дальше: четыре шага
Заключение УЗИ — это начало обследования, а не его итог. Разумный минимум выглядит так.
Шаг 1. Прочитать протокол целиком
Выписать себе: размеры долей в сантиметрах, описание контура, размеры селезёнки, диаметр воротной вены, наличие или отсутствие свободной жидкости. Эти цифры понадобятся для сравнения через год — и без них повторное УЗИ сравнивать не с чем.
Шаг 2. Сдать базовые анализы
Клинические рекомендации 748 для людей с кардиометаболическими факторами риска называют скрининговый набор прямо: тромбоциты, АЛТ, АСТ, УЗИ органов брюшной полости и расчёт индекса FIB-4 — раз в 3–5 лет. К этому в реальной практике добавляют ГГТ, щелочную фосфатазу, билирубин, глюкозу, липидный профиль, ферритин и анализы на вирусные гепатиты HBsAg и анти-HCV.
Шаг 3. Не делать выводов из нормальной АЛТ
Это ловушка, в которую попадают чаще всего: печёночные пробы в норме — значит, строку про изменения можно забыть. Метаанализ 11 исследований с 4084 участниками показал, что нормальная АЛТ бывает у 25% людей с жировой болезнью печени (95% ДИ 20–31%) и у 19% тех, у кого уже есть стеатогепатит с воспалением (BMC Gastroenterology, 2020). Рекомендации EASL–EASD–EASO 2024 формулируют то же самое: нормальный уровень трансаминаз не исключает ни значимого воспаления, ни развития выраженного фиброза.
Шаг 4. Посчитать FIB-4
Это бесплатный расчёт по четырём величинам: возраст, АСТ, АЛТ и тромбоциты. По рекомендациям EASL 2024, значение ниже 1,3 означает низкий риск выраженного фиброза, а переоценку можно проводить раз в 1–3 года; при этом авторы оговаривают, что индекс пропускает около 10% людей с далеко зашедшим фиброзом. Диапазон 1,3–2,67 означает неопределённость и требует второго шага: либо эластографии сразу, либо года работы с факторами риска и повторного расчёта. У людей старше 65 лет нижний порог поднимают до 2,0, иначе индекс ложно срабатывает из-за возраста. Российские рекомендации 748 используют ту же нижнюю границу 1,3, но верхнюю ставят выше — 3,25 как порог высокой специфичности. Расхождение между документами стоит знать: оно объясняет, почему два врача по одним и тем же анализам могут предложить разную тактику.
Насколько это обратимо
И размер, и яркость ткани реагируют на изменения образа жизни довольно быстро — быстрее, чем интуитивно ожидаешь.
Нагляднее всего это видно в исследованиях перед бариатрическими операциями, где хирургам нужно уменьшить печень, чтобы подобраться к желудку. В шведской работе 15 женщин с тяжёлым ожирением четыре недели держали диету на 800–1100 ккал; объём печени по МРТ снизился на 12%, а содержание жира внутри неё — на 40% при средней потере веса 7,5 кг (Obesity Surgery, 2011). Систематический обзор девяти исследований с участием 849 человек даёт общий диапазон уменьшения объёма печени на низкокалорийных диетах: от 5% до 20% от исходного (Surgery for Obesity and Related Diseases, 2018).
По ткани данные тоже есть, и здесь важно смотреть на знаменатель. В кубинском исследовании 293 человека с подтверждённым биопсией стеатогепатитом год меняли образ жизни. Снижения веса хотя бы на 5% достигли 88 человек из 293 — меньше трети, и в этой подгруппе воспаление ушло у 58%. У тех, кто потерял 10% и больше, воспаление ушло у 90%, а фиброз уменьшился у 45% (Gastroenterology, 2015). Цифры впечатляющие, но относятся они к меньшинству, которое дошло до такого результата по весу, — и это честная рамка ожиданий, а не повод для обещаний.
Отдельная оговорка, которую клинические рекомендации 748 выделяют специально: резкое похудение может привести к прогрессированию фиброза и росту трансаминаз. Рекомендуемый темп — 0,5–1 кг в неделю. Голодание и жёсткие схемы здесь работают против цели.
Частые ошибки после такого заключения
| Что делают | Почему это мимо |
|---|---|
| Начинают принимать гепатопротектор «для печени» до анализов | Причина не установлена, а препарат не отменяет ни алкоголь, ни вирус, ни сердечную недостаточность |
| Считают, что при нормальной АЛТ разбираться не нужно | У четверти людей со стеатозом АЛТ нормальная |
| Сравнивают два заключения разных кабинетов как динамику | Согласованность между врачами по каппе доходит до 0,44 — различие может быть целиком методическим |
| Садятся на жёсткую диету и теряют по 4–5 кг в неделю | Быстрая потеря веса в рекомендациях прямо названа фактором прогрессирования фиброза |
| Откладывают разбор до «следующего УЗИ через год» | УЗИ год спустя покажет ту же картинку, а причина за год не исчезнет сама |
| Ищут объяснение только в печени, игнорируя одышку и отёки | Увеличенная печень бывает следствием сердечного застоя, и тогда разбираться надо с сердцем |
Что означает эта строка и что делать дальше
Строка «гепатомегалия, диффузные изменения печени» означает, что орган крупнее принятого порога и его ткань стала ярче по всему объёму; чаще всего за этим стоит накопление жира, которое на ранних стадиях обратимо, и реже — алкоголь, вирус, лекарства или застой из-за сердца. Следующий шаг — не повторное УЗИ, а анализы крови и расчёт FIB-4: именно они переводят описание картинки в понятный риск. Если по этим результатам подтверждается жировая болезнь печени, дальше вопрос переходит из плоскости обследования в плоскость питания — и начинать разумнее не с добавок, а с того, что убрать из рациона. Этот разбор есть отдельно: диета при жировом гепатозе печени: что убрать в первую очередь. Если же хочется сначала понять базу — что такое стеатоз, какие бывают степени и почему он встречается при нормальном весе, — об этом подробно в материале стеатоз печени: степени и нормальный вес.
Если хочется разобраться в теме системно, а не по одной статье: книга «Жировой гепатоз» — разобрать свой случай по шагам →
- PDF сразу после оплаты
- Можно распечатать
- Нутриенты и роль каждого из них
- Готовое меню на 3 дня и два списка продуктов
- Активность с нуля и физиопроцедуры
- Читаете с телефона
- Таблицы распечатали и повесили на кухне
- Отдельный список продуктов, от которых нужно отказаться
- Условие применимости прямо на титуле: фиброз не выше F2
- Новая редакция приходит бесплатно
- Функциональная: Cleveland Clinic, IFM
- Интегративная: Paracelsus
- Азиатская: Аюрведа
План оздоровления
Жировой гепатоз
- Нутриенты и роль каждого из них
- Готовое меню на 3 дня и два списка продуктов
- Активность с нуля и физиопроцедуры
Гепатомегалия и диффузные изменения печени — это диагноз?
Нет. Это описание того, что врач увидел на экране: печень крупнее принятого порога и её ткань ярче отражает ультразвук по всему объёму. Причину такая формулировка не называет — её устанавливают по анализам крови и факторам риска. Код R16.0 для гепатомегалии в МКБ-10 существует, но он относится к классу симптомов и признаков, а не к болезням печени.
При каком размере печень считается увеличенной?
Единой строгой границы не существует. В популяционном исследовании 2080 человек средний размер по среднеключичной линии составил 14,0 см при разбросе от 9,4 до 21,3 см, а порог 16 см превышали 11,5% обычных людей. Сравнение длины печени на УЗИ с её реальным объёмом по томографии дало корреляцию лишь 0,71, поэтому одну цифру в отрыве от роста, веса и пола трактовать нельзя.
Так пишут всем подряд или у меня действительно что-то нашли?
Пишут не всем, но очень многим: по данным амбулаторного исследования DIREG 2 жировую болезнь печени находили у 37,3% пациентов поликлиник в России. То есть находка массовая, но она не пустая — за ней почти всегда стоит реальное накопление жира в клетках печени. Пустой её делает не частота, а отсутствие следующего шага: анализов крови.
Увеличенная печень означает, что болезнь зашла далеко?
Скорее наоборот. Жир и венозный застой печень увеличивают, то есть крупный орган характерен для ранних и обратимых стадий. При циррозе печень обычно уменьшается, контур становится бугристым, а селезёнка увеличивается. Именно эти признаки, а не размер печени, говорят о запущенности процесса.
Какая самая частая причина такого заключения у взрослого?
Жировая болезнь печени — метаболическая или связанная с алкоголем. По одному УЗИ эти два варианта не различить: картина выглядит одинаково. Реже за той же формулировкой стоят хронический вирусный гепатит, лекарственное поражение или застой крови при сердечной недостаточности.
Какие анализы сдать после такого УЗИ?
Клинические рекомендации Минздрава по неалкогольной жировой болезни печени называют базовый набор: тромбоциты, АЛТ, АСТ и расчёт индекса FIB-4. На практике к этому добавляют ГГТ, щелочную фосфатазу, билирубин, глюкозу, липидный профиль, ферритин, а также HBsAg и анти-HCV для исключения вирусных гепатитов.
АЛТ и АСТ в норме — значит, с печенью всё в порядке?
Не значит. Метаанализ 11 исследований с 4084 участниками показал, что нормальная АЛТ бывает у 25% людей с жировой болезнью печени и у 19% тех, у кого есть стеатогепатит с воспалением. Европейские рекомендации 2024 года формулируют то же самое: нормальные трансаминазы не исключают ни воспаления, ни выраженного фиброза.
Что такое FIB-4 и зачем его считают при диффузных изменениях печени?
Это бесплатный расчёт риска выраженного фиброза по четырём величинам: возраст, АСТ, АЛТ и тромбоциты. По рекомендациям EASL значение ниже 1,3 означает низкий риск, диапазон 1,3–2,67 требует второго шага — эластографии или повторной оценки через год, а у людей старше 65 лет нижний порог поднимают до 2,0. Индекс пропускает около 10% людей с далеко зашедшим фиброзом, поэтому он отсеивает, а не ставит точку.
Почему в прошлый раз написали «умеренные изменения», а теперь «выраженные»?
Это не обязательно ухудшение. Согласованность оценки между разными врачами по данным метаанализа колеблется от 0,44 до 1,00 по шкале каппа, а у одного врача при повторном просмотре — от 0,54 до 0,92. Смена аппарата или специалиста может изменить формулировку сама по себе, поэтому динамику оценивают по цифрам анализов и эластографии, а не по прилагательным в заключении.
Может ли увеличение печени быть из-за сердца?
Да, такое бывает: при правожелудочковой сердечной недостаточности кровь плохо оттекает от печени, орган переполняется и увеличивается. На УЗИ при этом видны расширенные печёночные вены и нижняя полая вена. Если рядом есть одышка и отёки голеней, находку стоит обсуждать не только с гастроэнтерологом.
Обратимы ли эти изменения и как быстро печень уменьшается?
Размер и жирность печени реагируют на снижение веса довольно быстро. В исследовании перед бариатрической операцией четыре недели низкокалорийного питания уменьшили объём печени на 12%, а содержание жира в ней — на 40%. Систематический обзор девяти работ даёт диапазон уменьшения объёма от 5% до 20% от исходного.
Можно ли просто похудеть побыстрее, раз дело в жире?
Резкое похудение в клинических рекомендациях прямо названо фактором, который может привести к прогрессированию фиброза и росту трансаминаз. Рекомендуемый темп — 0,5–1 кг в неделю. В исследовании с контрольными биопсиями лучшие результаты дало снижение веса на 10% и более за год, но даже порога в 5% достигли только 88 человек из 293.
Экспертный контекст материала
Автор материала — Александр Ткаченко, высшее медицинское образование, квалификация API Manufacturing Scientist (США). Обучение: Cleveland Clinic Center for Functional Medicine (IFM), Paracelsus Klinik (Швейцария), Arsha Vidya (Индия). За карьеру — 26 разработанных препаратов, 18 БАД, проекты в 12 странах, более 10 000 индивидуальных клинических и прикладных кейсов, работа с 30+ клиниками в 5 странах.
Почему здесь нет готовой схемы «что принимать»
За одной и той же строкой протокола стоят состояния с разным механизмом: метаболический жир, алкоголь, вирус, лекарственное поражение, венозный застой. Схема, собранная до анализов, с равной вероятностью окажется ненужной и вредной. Поэтому в материале разобрано, что измеряет каждое слово заключения и какие данные закрывают вопрос, — а выбор тактики остаётся за врачом, который видит конкретного человека.
Личный мотив
Строка «диффузные изменения» — одна из самых частых причин, по которым люди пишут в проект. Почти всегда за вопросом стоит одно и то же: человеку выдали протокол, но не объяснили, насколько это серьёзно. Разобрать язык заключения — дешёвый способ снять лишнюю тревогу и не пропустить то немногое, что действительно требует внимания.
Вопрос к вам
А что вам сказали про эту строку в кабинете — объяснили, что за ней стоит, или ограничились словами «ничего страшного, у всех так»? Напишите в комментариях: по ответам видно, где объяснения не хватает чаще всего.
Источники
- Kratzer W., Fritz V., Mason R. A. et al. Factors affecting liver size: a sonographic survey of 2080 subjects. Journal of Ultrasound Medicine, 2003; 22(11): 1155–1161. doi:10.7863/jum.2003.22.11.1155
- Surasi D. S. S., Jazbeh S., Nicek Z. S. et al. Utility of longitudinal measurement of the liver with ultrasound in comparison to computed tomography liver volume in assessing hepatomegaly. Ultrasound Quarterly, 2019; 37(2): 198–203. doi:10.1097/RUQ.0000000000000472
- Hernaez R., Lazo M., Bonekamp S. et al. Diagnostic accuracy and reliability of ultrasonography for the detection of fatty liver: a meta-analysis. Hepatology, 2011; 54(3): 1082–1090. doi:10.1002/hep.24452
- Клинические рекомендации «Неалкогольная жировая болезнь печени», ID 748, редакция 2024. Российское общество по изучению печени. Полный текст (PDF)
- Ивашкин В. Т., Драпкина О. М., Маев И. В. и др. Распространённость неалкогольной жировой болезни печени у пациентов амбулаторно-поликлинической практики в Российской Федерации: результаты исследования DIREG 2. Российский журнал гастроэнтерологии, гепатологии, колопроктологии, 2015; 25(6): 31–41. Текст статьи
- Евстифеева С. Е., Шальнова С. А., Куценко В. А. и др. Распространённость неалкогольной жировой болезни печени среди населения трудоспособного возраста (данные ЭССЕ-РФ-2). Кардиоваскулярная терапия и профилактика, 2022; 21(9): 3356. doi:10.15829/1728-8800-2022-3356
- EASL–EASD–EASO Clinical Practice Guidelines on the management of metabolic dysfunction-associated steatotic liver disease (MASLD). Journal of Hepatology, 2024; 81(3): 492–542. doi:10.1016/j.jhep.2024.04.031
- EASL Clinical Practice Guidelines: Management of alcohol-related liver disease. Journal of Hepatology, 2018; 69(1): 154–181. doi:10.1016/j.jhep.2018.03.018
- Fortea J. I., Puente Á., Cuadrado A. et al. Congestive hepatopathy. International Journal of Molecular Sciences, 2020; 21(24): 9420. doi:10.3390/ijms21249420
- Gerstenmaier J. F., Gibson R. N. Ultrasound in chronic liver disease. Insights into Imaging, 2014; 5(4): 441–455. doi:10.1007/s13244-014-0336-2
- Ma X., Liu S., Zhang J. et al. Proportion of NAFLD patients with normal ALT value in overall NAFLD patients: a systematic review and meta-analysis. BMC Gastroenterology, 2020; 20: 10. doi:10.1186/s12876-020-1165-z
- Vilar-Gomez E., Martinez-Perez Y., Calzadilla-Bertot L. et al. Weight loss through lifestyle modification significantly reduces features of nonalcoholic steatohepatitis. Gastroenterology, 2015; 149(2): 367–378. doi:10.1053/j.gastro.2015.04.005
- Edholm D., Kullberg J., Haenni A. et al. Preoperative 4-week low-calorie diet reduces liver volume and intrahepatic fat, and facilitates laparoscopic gastric bypass in morbidly obese. Obesity Surgery, 2011; 21(3): 345–350. doi:10.1007/s11695-010-0337-2
- Holderbaum M., Casagrande D. S., Sussenbach S., Buss C. Effects of very low calorie diets on liver size and weight loss in the preoperative period of bariatric surgery: a systematic review. Surgery for Obesity and Related Diseases, 2018; 14(2): 237–244. doi:10.1016/j.soard.2017.09.531
- Saverymuttu S. H., Joseph A. E., Maxwell J. D. Ultrasound scanning in the detection of hepatic fibrosis and steatosis. British Medical Journal, 1986; 292(6512): 13–15. doi:10.1136/bmj.292.6512.13
Научный рецензент материалов проекта о печени: Владимир Юрьевич Гришин, врач-инфекционист, врач общей практики. Аккредитация подтверждена выпиской ЕГИСЗ.
